"Родники истории"-новая книга Сафронова В.Д. - Это интересно - Каталог статей - виртуальный музей города Родники
Воскресенье, 22.10.2017, 11:15
Приветствую Вас Гость | Регистрация | Вход

Виртуальный музей города Родники

Меню сайта
Форма входа
Мини-чат
Поиск
Статистика

Онлайн всего: 2
Гостей: 2
Пользователей: 0

Каталог статей

Главная » Статьи » Это интересно [ Добавить статью ]

"Родники истории"-новая книга Сафронова В.Д.

                               

Сафронов В. Д. Родники истории.Очерки об истории и преданиях Родниковского района Ивановской области. — Иваново: ЛИСТОС, 2012. — 271 с.

 

Книга Владимира Дмитриевича Сафронова посвящена истории и современным проблемам Родниковского района Ивановской области. Исполь-зовав значительный архивный материал, автор показывает, какой сложной и неоднозначной была история этого края. Исторические документы автор чередует с биографическими очерками, воспоминаниями очевидцев. Книга будет интересна всем, кто не безразличен к истории России.

Рецензенты:
доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой
дореволюционной отечественной истории ИвГУ К. Е. Балдин,
кандидат исторических наук, доцент ИвГУ С. В. Точёнов.

Редакционная коллегия:
Т. А. Ушакова (ответственный редактор),
А. И. Николаев (научный редактор),
В. В. Максимов (координирующий редактор).

На лицевой стороне обложки
фото Александра Богданова (SOBORY.RU).

На последней стороне обложки
фото Александра Богданова, Андрея Высоцкого,
Василия Курицына,
а также фото из архива автора.

Содержание

От редколлегии

Родниковский район
Святые места
Село Парское: история и современность
Старое Село
Мелечкино
Болотново
Филисово и Батыево
Горкино
Острецово: село из страны городов

Межи

Каминский: хроники и факты
Хрипелево: забытое село

 

 

Сафронов В. Д. Родниковский район

Сафронов В. Д. Родниковский район // В. Д.Сафрронов Родники истории. Очерки об истории и преданиях Родниковского района Ивановской области. — Иваново: ЛИСТОС, 2012. 

<...>

Рождение района - знак новой эпохи

 

В июне 1918 года была утверждена новая Иваново-Вознесенская губерния на территории Владимирской и Костромской губерний. Это подтолкнуло большевистские организации крупных фабричных сел (Родников, Середы, Тейкова, Южи и других), вошедших в состав новой губернии, выступить за преобразование этих сел в города и в уездные центры. В феврале 1918 года на одном из митингов село Родники было провозглашено городом, а в мае того же года Юрьевецкий уездный Съезд Советов согласился с этим преобразованием. Да и никто ни в Юрь­евец­ком, ни в других уездах новой губернии против таких ре­волюционных преобразований не возражал. Родниковцы добивались выделения самостоятельного Родниковского уезда с включением в него Парской, Род­никовской, Мелечкинской, Болотновской, Сосновской, Гор­кин­ской, Ши­ряихской, Горко-Павловской, Острецовской и Филисовской волостей, но столкнулись с несогласием не только в названных волостях, но и в Иваново-Везнесенске, не заинтересованном в развале давно сложившихся уездов. Родниковцы продолжали настаивать на своем, создавая в Родниках самозваные управленческие структуры уездной власти.

В итоге была образована вначале Родниковская укрупненная, а затем Парская волость, охватывавшая территорию Парской, Родниковской и других волостей Юрьевецкого уезда. Горкинская и Острецовская волости были причислены к новому Середскому уезду.  

Образование Парской объединенной волости повлекло за собой споры между волостным и городским исполкомами, так как продовольственный и другие отделы образовались в Родниках и не подчинялись Парскому волисполкому. В то же время Родники лишились продовольственных пайков, которые должны были поступать из уездного Юрьевца по разнарядкам, так как Юрьевец не слагал с себя управления прежними волостями, с молчаливого согласия губисполкома.

На этом фоне ликование родниковцев по случаю провозглашения города в 1918 году было недолгим, так как власти над всеми новыми волостями у них не было. К тому же формально власть оказалась в руках объединенной Парской волости, руководство которой в начале 1919 года провело Съезд Советов с приглашением представителей бывших Болотновской, Сосновской, Мелечкинской, Филисовской и Горкинской волостей. Поскольку город Родники тогда выделился в самостоятельную административную единицу, с претензиями на власть в обозначенных волостях, родниковцы приглашений на волостной Съезд Советов не получали. Всего на съезде в Парском был зарегистрирован 61 делегат. Из Родников же прибыли четыре члена РКП(б), которые тут же потребовали предоставления им права решающих голосов и включения в повестку дня съезда вопроса об организации Родниковского района на правах уезда, хотя этот вопрос на повестке дня и не стоял. Против включения этого вопроса в повестку дня выступил делегат Быченков. Родниковцы же дружно встали за организацию Родниковского района, не скупясь на посулы расширения рабочих мест в Родниках (фабрики стояли) и снижения местных налогов.

Председательствующий на съезде Рукавишников заявил, что «Вопрос о районе возник лишь на съезде. Вопрос очень интересный, его можно обсуждать, хотя не было никаких наказов с мест». За включение этого вопроса в повестку дня проголосовали 34, против — 7, и 2 делегата воздержались.

В обсуждении вопроса о предоставлении родниковским большевикам решающих голосов возникли сложности. Сельчане со свойственной им сдержанностью и хитрецой претензии гостей на «решающие голоса» как бы проигнорировали. И тогда на трибуну вышел старый большевик-подпольщик И. М. Шашков, начавший речь с утверждения: «РКП(б) может посылать своих представителей на съезды и собрания, и если этот съезд даст голоса хотя бы одному члену нашей партии, то этим может гордиться. Партия является руководителем проводимой в стране политики, и ни один закон не обходится без предварительного обсуждения в партии»…

Затевать ссору с правящей в стране партией большевиков в президиуме съезда не решились. Вопрос был поставлен на голосование, и предложение родниковских большевиков было принято 28 голосами, при 9 против и двух воздержавшихся, хотя половина делегатов в голосовании не участвовала.

Взявший затем слово родниковский большевик Алексеев, обосновывая закономерность организации районного центра в городе Родники, начал с 1820 года, когда «начался приток рабочих в Родники, и теперь это город с двенадцатитысячным населением». Он указал на огромную фабрику, к которой подведена железная дорога, и новые управленческие учреждения: продовольственную управу, обслуживающую Парскую, Филисовскую и часть Покровской волости, отдел социального обеспечения, биржу труда, больничную кассу и другие организации кандидата в райцентры. «Если население не пойдет в райцентр, — пригрозил Алексеев, — то Родники замкнутся в узких рамках города». И предложил включить в Родниковский район объединенную Парскую, Филисовскую, Макатовскую, часть Покровской, Горкинскую, Ширяихскую и Красновскую волости Середского уезда, а также часть Тезинской волости Кинешемского уезда. А пока этот вопрос решается, район предлагается включить в Кинешемский уезд, к которому удобны пути сообщения. Алексеев пояснил, что «это предложение одобрено фракцией коммунистов, и если даже будет отказано в организации Родниковского уезда, то коммунисты организуют район».

Выступившие делегаты предлагали решение вопроса о районе вынести на обсуждение селений. Член волисполкома Калачиков напомнил недавнюю историю Родниковской объединенной волости, которая «уже была районом, но затем город отделился, без согласия волости. Теперь в Родниках обратное течение под предлогом, что «рамки города недостаточны для работы Совдепа». Он намекнул, что «Парской волости было бы не хуже «раздвинуть рамки» в сторону Шуйского уезда, где поблизости много леса. Вопрос о районе не предусмотрен ни Конституцией, ни советским законодательством, а всякое переустройство отразится на спинах бедняков. Когда волость с городом были едины, была надежда взять налоги с фабрики, но этого не произошло. С фабрики налогов и город взять не может, так как она национализирована, и городу предстоит брать налоги с собак, с велосипедов. В городе с построек взимается 4%, в волости — 10%. В общем, средств у города не будет».

В ответном слове И. М. Шашков подтвердил, что налоги с фабрики взиматься не будут, так как фабрика государственная, «не может государство брать налоги с самого себя». Шашков, быть может, и не знал, что фабрики Красильщиковых в Родниках в предвоенном 1913 году перечислили в Юрьевецкое уездное земство 133 190 рублей (деньги тогда исчислялись в золоте). Теперь же он с удовольствием рассказывал о выпуске Родниковскими автомастерскими железнодорожной дрезины. «У города есть все средства: транспорт, вся промышленность, суд, начальник милиции. В Родниках работает партия коммунистов как власть государственная…» — с гордостью перечислял Шашков атрибуты кандидата в райцентры, упустив почему-то ЧК.

На голосование Съезда Советов были поставлены резолюции Алексеева и объединенного волисполкома. За первую резолюцию было подано 5 голосов, против — все остальные делегаты съезда. За вторую резолюцию проголосовали 48 делегатов, при 4‑х против и одном воздержавшемся. Принятую большинством голосов резолюцию я привожу полностью, так как этот чудом уцелевший в районном архиве документ дает наглядную картину борьбы большевистской организации Родников за установление своей власти в Родниковском фабричном районе, отвергнутой Съездом Парской объединенной волости по экономическим мотивам. Большинство делегатов того Съезда таким способом избавлялись от всевластия партии большевиков.

Итак, в резолюции съезда говорилось:

«1. Вопрос о районе новый и совершенно не разработанный теми деятелями, которые его организуют. Нет плана строительства этой организации и сферы работы. Целесообразность района совершенно не обоснована.

2. По декрету СНК от 3 декабря 1918 года о местных налогах право введения и сбора налогов предоставлено уездам, а районов не предусмотрено.

3. Парская волость с преобладающим земледельческим населением не может быть объединена с фабричным населением г. Родников, что показал недавний опыт Родниковского волостного земства, а затем и Совета, когда рабочие Родников не допустили взимания волостных налогов с фабрик и даже выделились из объединенной Родниковской волости.

4. Из-за неразвитости и безграмотности бедняцкого населения оно не может своевременно реагировать на те или иные мероприятия, которые проявляются лишь спустя время. Поэтому скоропалительная организация района является недопустимой.

5. Предлагаемая территория района является несовершенной, так как в район включаются волости, далекие от Родников, такие как Макатовская, экономически тяготеющая к Вичуге.

6. Парская волость охватывает территорию <…> с населением в 17 000 чел., и уже является районом с однородным земледельческим населением из 5 бывших волостей: Парской, Сосновской, Болотновской, Мелечкинской и Родниковской. Волость уже пережила тяжкий период ломки и приступила к строительству внутренней жизни. Советская власть в волости находится в руках бедняков и среднего трудового крестьянства. Все кулацкие элементы от власти отстранены. Новое переустройство вызовет коренной развал, так как новая организация — «район», — не имея совершенно средств, включая в свою территорию остальные волости, не сможет поддержать мероприятия волости.

По изложенным соображениям Съезд Советов Парской объединенной волости совершенно отказывается от присоединения волости к Родниковскому району и уполномочивает Волисполком активно отстаивать это положение перед уездной, губернской и центральной Советской властью».

Протокол подписали Калачиков, Цветков, Любимов, а также Булкин и Хохлов — секретари съезда. В протоколе оговорено, что фракция коммунистов из Родников в своей резолюции указала на окончательное разрешение этого на «Чрезвычайном Съезде Советов Родниковского района, на который будет вынесена Конституция районного Совета, а также предложения о присоединении к Кинешемскому уезду»[1].

Такое решение волостного Съезда Советов родниковским большевикам не нравилось, и Алексеев не удержался, чтобы сообщить делегатам: «Тянуть за уши в район ВКП(б) не будет, и селения присоединятся к району!..» Орган государственной власти в виде райкома РКП(б) уже расположился в Родниках, и все доводы делегатов съезда «о неконституционности района», о его «экономической нецелесообразности» повисали в воздухе из-за неизбежности предстоящих административно-хозяйст­венных перемен.

20 мая 1922 года Парский волисполком сообщил о «невозможности использовать распоряжения двух дублирующих органов — Юрьевецкого уисполкома и Родниковского горисполкома. Волисполком обратился тогда к Ивановскому губисполкому, чтобы он запретил Юрьевцу распоряжаться над Парской, Филисовской и Макатовской волостями, присоединившимися к Родниковскому горисполкому».

23 мая 1922 года в прениях по итогам волостных конференций член райисполкома Красильников предлагал «обратить самое серьезное внимание на Парскую волость, так как в ней наблюдается со дня революции страшное недовольство на Советскую власть. Наблюдается выделка самогона, воровство. Волисполком никаких мер не принимает, а поэтому необходимо кооптировать сотрудников более стойких и сознательных, дабы не подготовить контрреволюционную банду, что указывает расхищение дачи Митиха и ее поджог».

Немалую угрозу для большевиков вызывал мятеж так называемых «зеленых» — бывших солдат царской армии, которые по призыву большевиков вышли из фронтовых окопов, возвратились домой и принялись за домашнюю работу. Обстановка складывалась так, что ожидаемого большевиками наплыва добровольцев в Красную Армию, кроме единиц, что ушли с продовольственными отрядами, не произошло. Солдаты же старой армии приказам о мобилизации на Гражданскую войну не подчинились и по месту жительства стали организовываться в отряды. На территории Парской волости в районе сел Мелечкино, Сосновец и Болотново образовалась обширная зона «зеленого сопротивления», организатором которой был местный крестьянин Штукарев. Многие солдаты с войны домой вернулись с оружием и вступили в контакт с «зелеными» из соседних уездов.

Родниковские большевики объявили себя мобилизованными и выехали в село Мелечкино, где произвели арест активистов «зеленого сопротивления». Однако ночью мятежники освободили арестованных товарищей, а на их место посадили родниковских чекистов. Мятежники намеревались созвать сход крестьян Мелечкинской, Болотновской и Сосновской волостей, на котором хотели утвердить свой отказ от службы в Красной Армии и свое неучастие в Гражданской войне.

Для большевиков события принимали угрожающий характер, и они решили действовать быстро. Пока крестьяне мятежных волостей стягивались к селу Мелечкино, некто Т. А. Лапшин из Мелечкина сообщил родниковцам о намеченном месте схода. Родниковцы телеграфировали в Иваново-Вознесенск, прося помощи, а сами выехали на грузовике автозавода, под командованием И. О. Комиссарова и И. Я. Барашкова, окружив место схода крестьян с требованием разойтись по домам. В ответ, как потом говорилось на суде, прогремели выстрелы. В перестрелке было убито семь крестьян и около двадцати получили ранения. Остальные мятежники укрылись в ближайшем лесу. На другой день из Иваново-Вознесенска прибыл отряд карателей, но помощи уже не требовалось. Так был подавлен очаг сопротивления большевикам в Родниковском районе. После ареста активистов «зеленого движения» бывшие дезертиры из царской армии сами заявлялись в военкоматы для службы в Красной Армии.

Разрушив рыночную систему народного хозяйства страны, а вместе с тем и ее финансы, большевики столкнулись с кризисом продовольствия. И это в условиях мировой, а затем и гражданской войны. Правительству пришлось идти на крайне непопулярные меры: объявить продовольственную разверстку. Иваново-Вознесенская губернская продовольственная коллегия в августе 1918 года установила норму обязательной сдачи зерна и картофеля государству с каждого крестьянского двора, определив норму потребления для каждого «едока», количество скота и посевных площадей. Все излишки зерна и картофеля подлежали изъятию. Эта работа возлагалась на сельские комитеты бедноты и реквизиционные отряды, направляемые из городов. Члены тех вооруженных отрядов занимались самоуправством и вымогательством, выгребая зерно из амбаров крестьян чуть ли не подчистую, чем вызвали протесты даже у членов комитетов бедноты. Так, комитет бедноты села Парское собрал Съезд Советов, который осудил действия продотрядов, отметив, что «эти злоупотребления провоцируют на выступления против Советской власти». Съезд обратился к властям с ходатайством о привлечении к суду членов продотрядов и увеличении нормы питания крестьян с 9 до 12 пудов зерна, как это сделали в соседнем Шуйском уезде.

Военный коммунизм и продразверстка обернулись еще одной теневой стороной: крестьяне сократили свои посевные площади и стали высевать зерна столько, сколько полагалось по государственной норме на каждого едока. И лишь замена продразверстки на продовольственный налог в 1921 году и введение Новой экономической политики внесли в народные массы успокоение и творческую активность.

Но революция лишила имущества и средств существования бывших «отцов» села, в числе которых оказался, в частности, и владелец водяной мельницы П. Е. Волков. Отнятая у него мельница, приносившая в прошлом немалые доходы, у новых хозяев не работала. Волисполкому пришлось обратиться к тому же Волкову за помощью. Он быстро устранил неисправности, и мельница вновь заработала. «Мельница находится в приличном состоянии и ремонтируется гр. Волковым, который имеет большой опыт в этой отрасли, и во избежание срыва работ, что усугубит возможности населения снабжаться размолом зерна, в компенсацию за затрату средств предоставить гр. Волкову полную гарантию на право эксплуатации мельницы, на весь сезон 1923–24 годов», — говорилось в специальном решении Парского волисполкома, в оправдание допущенного либерализма в отношениях с одним из представителей свергнутой буржуазии.

И еще одна проблема села была решена П. Е. Волковым. У жителей села тревогу вызывало состояние моста через реку Паршу, который связывал село с Березниковской слободой, к тому же мост имел общерайонное значение, так как через него проходила дорога от Родников до Шуи. До революции проблему моста решали «отцы» села, теперь же денег на ремонт ни у кого не было, а в райцентре посоветовали: «мост перед паводками разобрать, а после спада воды — собрать». Жители Парского и Березников от таких предложений лишь возмутились. Им снова пришлось обратиться к тому же Волкову.

19 июня 1923 года П. Е. Волков представил Парскому волисполкому счет на 2 595 рублей, потраченных им на ремонт моста через Паршу. В счете указаны 3 новые вбитые сваи, новые добавочные стойки, укосины для усиления поручней, а также затраты на гвозди, скобы и проволоку. Без особого «шума» один из бывших «отцов» села по старой доброй традиции подавал пример своим землякам и районному начальству. Оплатил ли волисполком счет Волкову, остается невыясненным, но известно, что к середине 1920‑х годов лишенными гражданских прав в Парской волости числились 38 человек. В районном архиве сохранился документ от 9 февраля 1931 года, в котором Парский сельсовет извещал райисполком о необходимости исключения из списков «лишенцев» Савельева Н. А., Волкова П. Е. и Морозова О. Г. «ввиду того, что указанные граждане померли…» — говорится в документе.

Вот таким сложным, противоречивым и порой трагическим было рождение нашего района.

 

<...>

 


[1]Архивный отдел администрации Родниковского муниципального района Ивановской области. Ф. 2. Оп .1. Д. 28. Л. 2–

16.

 

http://uvsr.stu.ru/s/497.


P.S. Книгу можно купить в книжных магазинах Родников или в редакции газеты "Родниковский проспект" (ул. Любимова, д. 7; ул.Советская, д. 10а; ул.Советская, д. 7 ) .Желающие заказать книгу по почте, пишите в "Гостевую книгу" сайта или в "Комментарии" под статьёй. Ваш эл. адрес будет виден только администрации сайта.

Категория: Это интересно | Добавил: Maks (07.12.2012)
Просмотров: 710 | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]